Большое влияние на мировоззрение молодого Иисуса оказал Иоанн Креститель, или Йоханан ха-Машбиль, как звучало на древнееврейском его подлинное имя. Сам Иоанн не считал себя ни пророком, ни новым воплощением Илии, ни тем более Мессией (Иоан. 1:20-23). Он повторял слова пророка Исайи, называя себя «гласом вопиющего в пустыне», своего рода укором совести народа и видел свое призвание в побуждении людей к праведной жизни. Евангелие от Иоанна называет его «человеком, посланным от Бога; он пришел … чтобы свидетельствовать о Свете, дабы все уверовали чрез него. Он не был свет, но был послан, чтобы свидетельствовать о Свете» (Иоан. 1:6-8). Иоанн был убежденным апокалиптиком: он ждал скорого прихода Мессии, Его суда над народами и конца земного мира. Он находил единственный путь к спасению для человека в покаянии и очищении от грехов. Свое прозвище – «креститель» – он получил от обряда омовения водой, которым он очищал от грехов покаявшихся людей. Иоанн использовал древний иудейский обычай – погружение в воду – в знак очищения от грехов после покаяния. Позднее этот обряд перешел в христианство в качестве одного из элементов крещения человека. Правда Иоанн еще крестил водою, «крещением покаяния», а апостолы уже – Духом Святым (Деян. 1:5; 19:4,6). Иоанн Креститель «имел одежду из верблюжьего волоса и пояс кожаный на чреслах своих; а пищею его были акриды (саранча – И.Л.) и дикий мед. Тогда Иерусалим и вся Иудея и вся окрестность Иорданская выходили к нему и крестились от него в Иордане, исповедуя грехи свои» (Матф. 3:4-6).
Иоанн считал себя «предтечей», предвестником Мессии, «и проповедывал, говоря: идет за мною Сильнейший меня, у Которого я не достоин наклонившись развязать ремень обуви Его» (Марк 1:7). Об этом же предназначении Иоанна говорил и Христос, напоминая слова пророка Исайи: «Вот, Я посылаю Ангела Моего пред лицем Твоим, который приготовит путь Твой пред Тобою», а потом добавил от Себя следующее: «Истинно говорю вам: из рожденных женами не восставал больший Иоанна Крестителя; но меньший в Царстве Небесном больше его» (Матф. 11:10-11; Лука 7:27-28). Иисус рассматривал его как второе воплощение пророка Илии и утверждал, что «он есть Илия, которому должно придти» (Матф. 11:14). Упоминание об Илии здесь не случайно, так как, согласно библейской традиции, Илия – единственный из древнееврейских пророков, взятый еще при жизни на небо, должен был вернуться накануне прихода Мессии.
Иоанн Креститель был очень популярен и любим среди иудейского народа, по своей известности он явно превосходил Иисуса. Примечательно, что Ирод Антипа, услышав о Христе, прежде всего подумал об Иоанне и сказал: «Это Иоанн Креститель воскрес из мертвых, и потому чудеса делаются им» (Марк 6:14). Иосиф Флавий упоминает его как одного из самых уважаемых проповедников в Иудее, который «пользовался огромным влиянием на народ». В отличие от евангельской версии, Флавий объясняет казнь Иоанна не происками жены Ирода Антипы, а страхом самого правителя перед чрезмерно влиятельным праведником (Иуд. древн. XVIII, 5, 2). Впрочем, объективно Иоанн находился в более выгодном положении, чем Иисус. Во-первых, он проповедовал в самой Иудее, недалеко от Иерусалима и других густонаселенных центров страны, в то время как главная аудитория Иисуса проживала в малокультурной провинциальной Галилее. Во-вторых, Иоанн происходил из ааронидов – высшего слоя священнического сословия, а Иисус, вероятнее всего, не имел отношения ни к ааронидам, ни к левитам. И хотя в евангелии от Луки утверждается, что Мария и Елисавета, матери Иисуса и Иоанна, – родственницы, скорее всего, это продиктовано желанием автора соединить Иисуса родством как с ааронидами, так и с Иоанном Крестителем. Здесь Лука преследовал две цели: он хотел придать Христу как можно больший авторитет в глазах иудейских аристократов и священников, и в то же время связать Его с самым популярным иудейским проповедником того времени. Однако другие канонические евангелия не поддерживают эту версию.
Все евангелия упоминают Иисуса и Иоанна вместе исключительно в связи с обрядом крещения Христа. Но нужно ли было Мессии покаяние и очищение от несуществовавших грехов? Да и крестил Иоанн всего лишь водой, а не Духом Святым. Не является ли этот эпизод вынужденным признанием того, что Иисус и Иоанн не только хорошо знали друг друга, но и находились какое-то время в положении ученика и учителя? Канонические евангелия создавались через 40-70 лет после распятия Христа, когда у людей еще была жива память о близких отношениях между Иоанном и Иисусом, как между учителем и учеником, поэтому умолчать об этом было нельзя. Но авторы евангелий опасались, что подобное признание, будучи неправильно истолкованным, понизит статус Иисуса среди ранних христиан: ведь Мессия не мог быть чьим-то учеником, Он Сам учитель для всех. Поэтому они нашли оригинальное решение: Иисус крестился у Иоанна, а следовательно, какое-то время признавал его авторитет над собой. Таким образом, сказана правда, хотя и не вся. Сегодня те соображения, которыми руководствовались первые евангелисты на заре христианства, потеряли свою актуальность, и то обстоятельство, что Иисус первоначально был учеником Иоанна Крестителя, вряд ли может умалить Его значение. Общение с Иоанном Крестителем оказалось необходимой школой в земной жизни Христа, которая подготовила Его к собственной проповеди среди иудейского народа.
Влияние учителя не прошло бесследно. Это видно и по лейтмотиву проповедей Иоанна и Иисуса. «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное», – призывал свою паству Иоанн (Матф. 3:2). Но об этом же напоминал и Иисус: «Покайтесь, приблизилось Царство Божие». В проповедях каждого из них можно найти немало общего, хотя Иисус был неизмеримо сильнее своего знаменитого учителя. Общими были и некоторые ученики. Евангелие от Иоанна сообщает, что два последователя Крестителя (один из них Андрей, брат Петра) перешли к Иисусу (Ион.1:37-40). В действительности таких учеников было больше, чем говорит евангельский текст. После ареста Иоанна к Иисусу перешли практически все его ученики, происходившие из Галилеи, и среди них не только Андрей, но и его брат Петр, братья Иаков и Иоанн Зеведеевы, Филипп и Нафанаил. Да и сама проповедь Христа, согласно синоптическим евангелиям, началась только после того, как Иоанна Крестителя бросили в тюрьму по приказу Ирода Антипы, ибо сам Иоанн выбрал Иисуса из всех своих учеников и благословил Его на проповедь. Правда, если верить евангелию от Иоанна, то Иисус начал самостоятельно проповедовать и уже имел Своих учеников еще до заключения в темницу Иоанна Крестителя (Иоанн 3:22-24).
Иоанн догадывался об особом предназначении Иисуса, однако до конца жизни не был уверен, что Он и есть тот самый Мессия, которого ожидал иудейский народ. Об этом недвусмысленно говорит евангелие от Матфея: «Иоанн же, услышав в темнице о делах Христовых, послал двоих из учеников своих сказать Ему: Ты ли Тот, который должен придти, или ожидать нам другого?» (Матф. 11:2-3). Это противоречит утверждению евангелий, будто Иоанн уже во время крещения убедился в том, что Иисус и есть подлинный Мессия. Впрочем, что говорить об Иоанне, если даже ученики Христа до конца уверовали в Иисуса как в Мессию, только после Его воскресения.
В отличие от Крестителя, Христос не придавал слишком большого значения аскетическому образу жизни и посту. На это обстоятельство обращали внимание еще ученики Иоанна. Евангелие от Матфея повествует следующее:«Тогда приходят к Нему ученики Иоанновы и говорят: почему мы и фарисеи постимся много, а Твои ученики не постятся? И сказал им Иисус: могут ли печалиться сыны чертога брачного, пока с ними жених? Но придут дни, когда отнимется у них жених, и тогда будут поститься» (Матф. 9:14-15). Впрочем, и Сам Иисус признавал, что Он иначе относится к постам и аскетизму, нежели Иоанн. «Ибо пришел Иоанн, ни ест, ни пьет; и говорят : «в нем бес». Пришел Сын Человеческий, ест и пьет; и говорят: «вот человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам» (Матф. 11:18-19). Тем самым Он дал понять, что праведный образ жизни не обязательно связан с постами и лишениями.
В проповедях как Иоанна, так и Иисуса заметно сильное влияние ессеев, хотя новозаветная литература ничего не говорит о каких-либо связях Крестителя и Христа с этой религиозной группой. Учился ли юный Иоанн, а может быть и Сам Иисус в общине ессеев? Ведь для того, чтобы общаться с ними, вовсе не нужно было жить в Кумране, в районе Иудейской пустыни. Ессеи, как сообщает Флавий, «не имеют своего отдельного города, а живут везде большими общинами» (Иуд. война, II, 8, 4). Более того, согласно тому же Флавию, ессеи охотно «принимают к себе чужих детей в том возрасте, когда они еще восприимчивы к учению, обходятся с ними как со своими собственными, и внушают им свои нравы» (Там же). Нельзя исключить, что Иоанн и Иисус провели свои отроческие годы среди ессеев, и хотя в дальнейшем не остались с ними, усвоили многие их идеи и обычаи. Возможно и другое: только Иоанн жил с ессеями, и многое, чему они его научили, передал Иисусу как своему ученику и фактическому наследнику. Правда земной путь Христа продолжался лишь немногим дольше жизни Крестителя: Иисус был распят вскоре после казни Иоанна.
Интересна судьба последователей Иоанна Крестителя. Одни из них, особенно те, кто происходил из Галилеи, присоединились к Иисусу, а затем, после Его распятия, к первым христианам; вторые вернулись к фарисеям, представлявшим главное течение иудаизма; и, наконец, третьи примкнули к иудеохристианским и гностическим сектам – эвионитам, гемеро-баптистам, элксаитам и мандеям.
От иудаизма Христа до христианства Павла 