32. Мировоззрение Павла

Павел считал, что человек является безнадежно грешной натурой и в подтверждение своей точки зрения ссылался на Писание: «Нет праведного ни одного; нет разумевающего; никто не ищет Бога; все совратились с пути, до одного негодны: нет делающего добро, нет ни одного. Гортань их – открытый гроб; языком своим обманывают; яд аспидов на губах их; уста их полны злословия и горечи. Ноги их быстры на пролитие крови; разрушение и пагуба на путях их; они не знают пути мира. Нет страха божия пред глазами их». Одним словом, заключает апостол, «все согрешили и лишены славы Божьей» (Рим. 3:10-18,23).  Но даже тот, кто старается соблюсти Моисеев закон, все равно полностью его выполнить не сможет. Законы иудаизма настолько сложны и многочисленны, что человек из плоти и крови просто не в состоянии исполнить их должным образом. Раз так, то все люди в большей или меньшей степени грешны перед законом, поэтому «делами закона не оправдается никакая плоть» (Гал. 2:16). Где же выход? С точки зрения Павла, этот выход впервые нашелся с приходом Иисуса Христа, воскресение Которого доказало, что Он и есть истинный Мессия, сын Бога, о приходе Которого предсказывали древнееврейские пророки. Только искренняя вера в Иисуса может спасти душу человека, а не скрупулезное соблюдение многочисленных законов иудаизма. Павел пишет дословно следующее: «…человек оправдывается не делами закона, а только верою в Иисуса Христа, и мы уверовали во Христа Иисуса, чтобы оправдаться верою во Христа, а не делами закона;  ибо делами закона не оправдается никакая плоть» (Гал. 2:16). Апостол особо подчеркивает, что «не законом даровано  Аврааму, или семени его, обетование – быть наследником мира, но праведностью веры» (Рим. 4:13). Одним словом, после воскресения Иисуса нет никакого смысла соблюдать законы и предписания иудаизма, ибо вера в Иисуса сама по себе освобождает от требований законов Моисея. Эта точка зрения резко отличалась от позиции всех учеников Иисуса, полагавших, что факт воскресения Иисуса и вера в Него не освобождает евреев от соблюдения законов Моисея. Другое дело – новообращенные неевреи, которых можно было освободить от необходимости исполнять предписания иудаизма, да и то не всех. Примечательно, что Сам Иисус ни при Своей земной жизни, ни после воскресения, не освобождал Своих учеников, как впрочем и Свой народ, от соблюдения законов Моисея. Правда Христос относился очень либерально к исполнению предписаний Устной Торы, считая, что они исходят от людей, а не от Бога, но Он всегда жестко требовал соблюдения законов Письменной Торы, то есть законодательства Моисея. Павел был безусловно прав, когда утверждал о невозможности быть праведником по закону. Недаром Псалтирь вопрошает: «Кто усмотрит погрешности свои?» (Псалт. 18:13). Но если по закону нельзя достичь праведности, значит ли это, что закон надо отменить вообще? Да и можно ли не исполнять те законы иудаизма, которые поддерживал и даже усиливал Сам Христос? Уже самый первый псалом той же «Псалтири» подчеркивает важность религиозного закона для человека: «Блажен муж, чья воля в законе Господа, и который размышляет о законе Его день и ночь» (Псалт. 1:1). В отличие от Павла, ученики Иисуса считали, что соблюдение законов иудаизма евреями никак не может противоречить даже самой глубокой вере в Христа.

Итак, вера в Иисуса, согласно Павлу, должна была заменить законы иудаизма, власть которых была вынужденной и временной – «до пришествия веры мы заключены были под стражею закона, до того времени, как надлежало открыться вере» (Гал. 3:23). Когда это утверждение Павел распространял на язычников, он не встречал серьезного сопротивления со стороны других апостолов – учеников Христа. Но любая попытка отнести это же к евреям вызывала полное непонимание у сподвижников Иисуса. Идея Павла была заманчива для язычников, желавших стать христианами, но она была неприемлима для большинства евреев. По существу, Павел, с одной стороны, и сподвижники Иисуса – апостолы Петр, Иоанн и Иаков – с другой, предлагали совершенно различные толкования христианства. Ученики Иисуса остались верны традиционному иудаизму и старались лишь обогатить его учением о жизни, распятии и воскресении Мессии (Христа). В отличие от них, Павел проповедовал фактический отказ от иудаизма, причем не только для язычников, но и для самих евреев. Он предлагал новую религию, основанную на факте воскресения Иисуса. Учение Христа, представлявшее одно из направлений иудаизма, он заменил на учение о Христе, которое вообще отменяло законы Моисея. Из всего иудаизма Павел отобрал для христиан только Бога Израиля и еврейскую мораль, основанную на синайских заповедях. Правда, книги Ветхого Завета (Танах), священные для иудеев, он сделал столь же почитаемыми и для христиан.

Для Павла не имело значения,  где родился Иисус: в Вифлееме или Назарете, и родился ли Он от Духа Святого или от обычного человека. Главным для него было то, что Иисус имел в себе Духа Святого и был «образом Бога невидимого» (2 Кор. 4:4). Более того, центральным пунктом своей проповеди Павел сделал не столько учение Христа, сколько факт его воскресения. «Если Христос не воскрес, – писал Павел в первом послании к коринфянам, – то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша» (1 Кор. 15:14). В другом послании, к римлянам, Павел подчеркивал: «Если же Дух Того, кто воскресил из мертвых Иисуса, живет в вас, то Воскресивший Христа из мертвых оживит и ваши смертные тела Духом Своим, живущим в вас» (Рим. 8:11)

 

О двух мирах и участи человека 

Павел считал, что дух человека находит удовольствие в законах Божиих. «Но в членах моих,- сокрушался апостол, – вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих.  … Я умом (моим) служу закону Божию, а плотию закону греха» (Рим. 7:22-23,25). Согласно Павлу, тело человека подчиняется законам материального мира, где, пусть ограниченно, но властвует «князь» этого, земного мира, а дух стремится жить по законам другого, Божьего мира, что создает непримиримое противоречие внутри каждого из нас. «Бедный я человек! – восклицает апостол, – кто избавит меня от сего тела смерти?» (Рим. 7:24).

Павел обращал внимание на то, что в нашем материальном мире, мы, будучи водворены в физическое тело, фактически устранены от Господа. Поэтому мы и «желаем лучше выйти из тела и водвориться у Господа, и потому ревностно стараемся, водворяясь ли, выходя ли, быть Ему угодными; ибо всем нам должно явиться пред судилище Христово, чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое» (2 Кор. 5:6,8-10).

Мы «знаем, – писал Павел во втором послании «К коринфянам»,- когда земной наш дом, эта хижина, разрушится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный. Оттого мы и воздыхаем, желая облечься в небесное наше жилище… Ибо мы, находясь в этой хижине, воздыхаем под бременем, потому что не хотим совлечься, но облечься, чтобы смертное поглощено было жизнью. На сие самое и создал нас Бог, дал нам залог Духа» (2 Кор. 5:1-2,4-5). Апостол был убежден, что в нашем земном мире люди обречены на страдания и боль, и только переход в другой, духовный мир, к Богу, может избавить нас от мук и вознаградить за перенесенные лишения. «Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне; и не только она, но и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего» (Рим. 8:22-23). С точки зрения Павла, «нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с той славою, которая откроется в нас» (Рим. 8:18). Однако переход в духовный мир возможен только для тех, кто не уступает искушениям плоти и живет по духу. «Я говорю: поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти; ибо плоть желает противного духу, а дух – противного плоти: они друг другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы… Дела плоти известны; они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, (соблазны), ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное» (Гал. 16-21). Павел неоднократно предупреждал, что живущие по плоти «Царства Божия не наследуют», ибо «сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление; а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную…Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями» (Гал. 5:21,24; 6:8). Человек, по мысли апостола, не должен быть рабом своей плоти: «Мы не должники плоти, чтобы жить по плоти; ибо если живете по плоти, то умрете (для духовного мира – И.Л.), а если духом умерщвляете дела плотские, то живы будете. Ибо все водимые Духом Божиим, суть сыны Божии» (Рим. 8:12-14). В первом послании «К Коринфянам» Павел напоминает, что оба мира, как материальный, так и нематериальный, имеют своих духов. «Но мы приняли не духа мира сего, а Духа от Бога, дабы знать дарованное нам от Бога» (1 Кор. 2:12).

Павел предупреждал свою паству, что наш материальный мир, в котором мы живем, это мир полный зла и несправедливости. «Все желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы; злые же люди и обманщики будут преуспевать во зле, вводя в заблуждение и заблуждаясь» (2 Тим. 3:12-13). Апостол считал, что зло настолько заполонило земной мир, что избежать каких-либо контактов с ним невозможно. В этом плане очень примечательны его слова из первого послания коринфянам: «Я писал вам в послании – не сообщаться с блудниками; впрочем не вообще с блудниками мира сего, или лихоимцами, или хищниками, или идолослужителями, ибо иначе надлежало бы вам выйти из мира сего» (1 Кор. 5:9-10).

 

О грядущем конце материального мира

Подобно ученикам Иисуса, как, впрочем, и всем первым христианам, Павел был апокалиптиком, то есть верил в неминуемый и скорый конец нашего земного мира. Говоря о его бренности и преходящем характере, он напоминал: «Я вам сказываю, братия: время уже коротко, так-что имеющие жен должны быть, как не имеющие; и плачущие, как не плачущие; и радующиеся, как не радующиеся; и покупающие, как не приобретающие; и пользующиеся миром сим, как не пользующиеся; ибо проходит образ мира сего» (1 Кор. 7:29-31). В отношении признаков приближающегося конца света в посланиях Павла можно найти две версии. Согласно одной из них, изложенной в первом письме к фессалоникийцам, апостол пишет дословно следующее: «О временах и сроках нет нужды писать к вам, братия, ибо вы сами достоверно знаете, что день Господень так придет, как тать ночью. Ибо, когда будут говорить: «мир и безопасность», тогда внезапно настигнет их пагуба…» (1 Фес. 5:1-3). Это версия полностью соответствует тому, что говорил Христос о предстоящем конце нашего земного мира. Другую версию можно найти во втором послании к Тимофею, помощнику и соратнику Павла. Здесь апостол предупреждает, что в «последние дни наступят времена тяжкие. Ибо люди будут самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы…» (2 Тим. 3:1-4). Эта же самая идея еще больше развита во втором послании Павла к фессалоникийцам, в котором апостол предупреждает церковь не поддаваться ложным слухам о наступающем конце света и пришествии Христа. «Не спешить колебаться умом и смущаться ни от духа, ни от слова, ни от послания, как-бы нами (посланного), будто уже наступает день Христов» (2 Фес. 2:2). В этом письме Павел высказывает мысль, что до конца мира и пришествия Иисуса должен произойти какой-то глобальный общественный катаклизм, который приведет к власти силы зла и сын дьявола, выдавая себя за посланца Бога, встанет во главе всего, включая Храм. «Да не обольстит вас никто никак: ибо день тот не придет, доколе не придет прежде отступление и не откроется человек греха, сын погибели, противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом или святынею, так-что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога» (2 Фес. 2:3-4). Павел предупреждает: приход посланца сатаны будет сопровождаться «знамениями и чудесами ложными», и обольщенные и заблудшие люди «будут верить лжи». Лишь «тогда откроется беззаконник, которого Господь Иисус убьет духом уст Своих и истребит явлением пришествия Своего…» (2 Фес. 2:8). По мнению Павла, «тайна беззакония уже в действии», но есть нечто, что удерживает открытие беззакония. Об этом нечто апостол не пишет в своем послании, но ссылается на то, что говорил об этом устно, когда проповедовал в Фессалониках (2 Фес. 2:5,7). Эта вторая версия Павла о признаках конца нашего мира созвучна тому, что пишет евангелист Иоанн в своем «Откровении»и тому, во что верили многие христиане в конце I-го и во II-ом веках н.э. И это не случайно, ибо, по мнению большинства библеистов, как 2-е послание Тимофею, так и 2-е послание фессалоникийцам было написано не самим Павлом, а его сподвижниками уже после смерти апостола. Поэтому, если мы хотим знать подлинную точку зрения Павла на конец мира, то нам следует принять первую версию, которая изложена в 1-ом послании фессалоникийцам, где авторство Павла ни у кого не вызывает сомнения.

Таким образом, Павел, будучи уверен в скором конце света, не знал ни его времени, ни его  признаков, но этого же не знали и ученики Христа. Впрочем, что говорить об апостолах, если сам Иисус признавался, что время конца нашего мира знает только Отец, и даже Ему, Сыну Человеческому, это неведомо.

 

О воскресении

Что ждет человека после смерти? Павел был уверен, что те, кто живут по духу, а не по плоти, не умрут, а лишь изменят форму своего существования – с материальной на нематериальную. «Плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, – объяснял апостол коринфянам, – и тление не наследует нетления… Говорю вам тайну: не все мы умрем, но все изменимся… ибо тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему – облечься в бессмертие» (1 Кор. 15:50-51, 53). В другом послании, к фессалоникийцам, апостол поясняет эту же мысль: «Не хочу же оставить вас, братия в неведении об умерших, дабы вы не скорбели, как прочие не имеющие надежды. Ибо, если мы веруем, что Иисус умер и воскрес, то и умерших в Иисусе Бог приведет с Ним» (1 Фес. 4:13-14). Павел, происходивший из фарисеев, полностью разделял с ними веру в бессмертие душ и эту же идею он принес в христианство. Что касается физического воскресения мертвых после прихода Мессии, в которое также верили многие фарисеи, то из тех немногих посланий, где авторство Павла не оспаривается, трудно составить его подлинное мнение. Известно, что на суде Синедриона, Павел заявил: «Мужи, братия! Я фарисей, сын фарисея; за чаяние воскресения мертвых меня судят» (Деян. 23:6). Трудно сказать, что имел ввиду апостол под воскресением мертвых. Нельзя исключить, что он умышленно столкнул своих судей друг с другом, зная, что часть из них – фарисеи, веривших в воскресение мертвых, а другие – саддукеи, полностью отрицавших возможность подобного.

 

О непротивлении злу 

Павел следовал проповеди Иисуса – не противиться злу – и в своих посланиях напоминал: «Благословляйте гонителей ваших; благословляйте, а не проклинайте… Никому не воздавайте злом за зло…» (Рим. 12:14,17). Однако он внес свой акцент в этот принцип Христа. Апостол считал, что право на мщение за злое принадлежит не человеку, а Богу. «Не мстите за себя, возлюбленные, – призывал он свою паству в Риме, – но дайте место гневу Божию. Ибо написано: «Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь». Итак, если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напои его: ибо делая сие ты соберешь ему на голову горящие уголья» (Рим.12:19). Павел предлагал не просто пассивное непротивление злу, а борьбу со злом с помощью добра, которое должно привести к мщению со стороны Самого Господа. «Не будь побежден злом, – писал он, – но побеждай зло добром» (Рим. 12:21). В этом подходе виден некоторый компромисс между ветхозаветной моралью и учением Христа. Как известно, ветхозаветный прицип: око за око, зуб за зуб – требовал адекватного возмездия обидчику, а Иисус исключал любое мщение вообще и был готов молиться за обидчика, чтобы его не постигло наказание от Бога. Павел же предлагал «мстить» за зло добром, оставляя Господу выбор меры наказания для обидчика

 

Об обрезании

С точки зрения Павла, для язычников, которые решили стать христианами, вовсе не обязательно обрезаться, а для иудеев, которые поверили в Христа, совсем не нужно отказываться от этого традиционного для них обряда, ибо само по себе обрезание ничего не меняет. «Обрезание полезно, – утверждал апостол, – если ты исполняешь закон; а если ты преступник закона, то обрезание твое стало необрезанием. Итак, если необрезанный соблюдает постановления закона, то его необрезание не вменится ли ему в обрезание? Ибо не тот Иудей, кто таков по наружности, и не то обрезание, которое наружно, на плоти; Но тот Иудей, кто внутренно таков, и то обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве: ему и похвала не от людей, но от Бога.» (Рим. 2:25-26, 28-29). Павел оставлял вопрос об обрезании на усмотрение самого человека. «Только каждый поступай так, как Бог ему определил, и каждый, как Господь призвал; так я повелеваю по всем церквам. Призван ли кто обрезанным, не скрывайся; призван ли кто необрезанным, не обрезывайся. Обрезание ничто и необрезание ничто, но все – в соблюдении заповедей Божиих» (1 Кор. 7:17-19). Апостол особо подчеркивает, что «…во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание, но вера, действующая любовью» (Гал. 5:6). Для подтверждения своих слов Павел обращается к библейской истории. Что вменилось в праведность патриарху Аврааму? Обрезание? Нет, «мы говорим, что Аврааму вера вменилась в праведность. Когда вменилась? По обрезании или до обрезания? Не по обрезании, а до обрезания. И знак обрезания он получил, как печать праведности чрез веру, которую имел в необрезании, так-что он стал отцом всех верующих в необрезании, чтобы и им вменилась праведность» (Рим. 4:9-11). Если вы приняли Христа, то «в Нем вы и обрезаны обрезанием нерукотворенным» (Кол. 2:11). Другое дело, если человек не иудей и не принял Христа, то он «мертв во грехах и в необрезании плоти своей» (Кол. 2:13).

 

О кашруте (диетических законах)

Павел полагал, что новообращенным христианам из язычников не надо навязывать иудейские диетические законы (кашрут), хотя сами евреи-христиане могут продолжать соблюдать их и дальше. Обращаясь прежде всего к своим соплеменникам-иудеям, составлявшим тогда большинство в христианских общинах, апостол призывал: «Ради пищи не разрушай дела Божия, … ибо Царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14:20,17). «Все, что продается на торгу, ешьте без всякого исследования, для спокойствия совести, ибо Господня земля, и что наполняет ее. Если кто из неверных (язычников – И.Л.) позовет вас, и вы захотите пойти, – то все, предлагаемое вам, ешьте без всякого исследования, для спокойствия совести. Но если кто скажет вам: «это идоложертвенное», – то не ешьте…» (1 Кор. 10:25-28). С точки зрения Павла, евреи принявшие Христа, должны были быть свободны в своем выборе – соблюдать им кашрут или нет. Но точно такое же право получали и новообращенные христиане из язычников: одни из них могли присоединиться к иудеям и придерживаться их законов в еде, другие были вольны следовать собственным национальным традициям и привычкам в выборе пищи. Однако никто из членов христианских общин не должен был диктовать другим, что позволительно есть, а что нет. «Кто ест, не уничижай того, кто не ест; – наставлял Павел, – и кто не ест, не осуждай того, кто ест… Итак каждый из нас за себя даст отчет Богу» (Рим. 14:3,12). Вместе с тем, апостол считал необходимым, чтобы и новые христиане из язычников соблюдали некоторые иудейские запреты в пище, касавшиеся, например «идоложертвенного» или мертвечины и падали.

 

О браке 

Павел рассматривал брак как необходимое зло для избежания блуда. Апостол считал, что в принципе «хорошо человеку не касаться женщины. Но в избежание блуда, каждый имей свою жену, и каждая имей своего мужа…» (1 Кор. 7:1-2). «Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться, как я; но если не могут воздержаться, пусть вступают в брак, нежели разжигаться. А вступившим в брак не я повелеваю, а Господь: жене не разводиться с мужем, – если же разведется, то должна остаться безбрачною, или примириться с мужем своим, и мужу не оставлять жены своей» (1 Кор. 7:8-11). Христианским общинам апостол предлагал свой взгляд на брак: «Соединен ли ты с женою? Не ищи развода. Остался ли без жены? Не ищи жены. Впрочем, если и женишься, не согрешишь; и если девица выйдет замуж, не согрешит. Но таковые будут иметь скорби по плоти; а мне вас жаль» (1 Кор. 7:27-28). Свое предпочтение безбрачия Павел мотивировал следующим образом: «Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене. Есть разность между замужнею и девицею: незамужняя заботится о Господнем, как угодить Господу, чтоб быть святою и телом и духом; а замужняя заботится о мирском, как угодить мужу» (1 Кор. 7:32-34). Будучи убежден, что конец нашего мира уже недалек, Павел относился к браку лишь как к средству для предотвращения еще худшего – блуда. «Тело же не для блуда, но для Господа», – подчеркивал апостол (1 Кор. 6:13). Необходимость пресечения блуда и требование нерасторжимости брака Павел объяснял тем, что «тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои» (1 Кор. 6:19). По его мнению, для тех, кто избрал для себя служение Господу, лучше было бы вообще оставаться неженатым и незамужней.