Почему евреи не признали Христа?
Как могло случиться, что народ, давший миру Христа, сам Его не принял? Объяснение этого парадокса состоит в том, кого библейская традиция подразумевала под мессией и в чем она видела его задачи. Ветхий Завет не имеет сколь-нибудь точного определения Спасителя, но все пророчества о Нем сводились к тому, что мессией, или христом по-гречески, должен был стать «сын человеческий» из рода Давида, которому суждено родиться в Вифлееме – родном городе легендарного царя. В качестве посланца Господа мессия должен был спасти еврейский народ от врагов, восстановить царство Давида и сесть на его престол. Итак, под мессией понимался не Бог, и не Сын Божий, а человек, который будет направляться Святым Духом в деле спасения иудейского народа. Это спасение заключалось в разгроме врагов Израиля и в восстановлении его государственности. По выполнению своей задачи Спаситель должен стать «иудейским царем». Библейская традиция полностью исключала даже мысль о том, что мессия может не победить, а пострадать от врагов. Точно также ветхозаветные пророки ничего не говорят о «непорочном зачатии» посланца Бога от Святого Духа, а главное, они хранят полное молчание по поводу унижения, казни и воскресения через три дня того, кто должен стать Спасителем. Все попытки найти в древнееврейских пророчествах намеки на это – неубедительны.
Таким образом, согласно ветхозаветной традиции, мессия обязан был чудесным образом победить своих врагов, а не погибнуть от их рук. Воскресение мессии через три дня после казни не предсказывал ни один библейский пророк. Более того, столь скорое физическое воскресение после смерти никак не вписывалось в понятия даже тех (фарисеев), кто верил в воскресение вообще. Идея быть распятым за грехи всего человечества была также неизвестна иудаизму. Если то, что произошло с Иисусом, не соответствовало ветхозаветным представлениям о мессии, то в глазах большинства иудейского народа Он не стал тем самым Спасителем, Которого все ждали. Правда, апостолы, как и все последователи Иисуса, утверждали, что воскресение их Учителя и есть лучшее доказательство того, что Он и есть Мессия. Однако, согласно той же ветхозаветной традиции, мессия вовсе не должен был воскресать, зато он обязан был победить врагов своего народа. Мало того, воскресший Иисус явился «не всему народу», как свидетельствовал апостол Петр, «но свидетелям, предъизбранным от Бога», то есть только Своим ученикам и последователям (Деян. 10:41). Следовательно, главное доказательство мессианской сущности Христа не могло быть представлено массам иудейского народа.
Одним словом, Иисус оказался совершенно другим Мессией, не соответствующим тому, что ждали от Него, согласно библейским пророчествам. Он не победил, а пострадал, Он пришел не восстановить царство Давида, а спасти души «погибших овец Израиля». Иисус не уничтожал врагов, а призывал их любить, Он пришел не судить, а спасать, принес грешникам не наказание и возмездие, а проявил к ним милосердие и сострадание. И как бы евангелисты Матфей и Лука ни старались «исправить» положение, утверждая, что Иисус происходил из рода Давида и родился в Вифлееме, как и полагалось мессии, все это не меняет главного – Иисус не совершил того, что требовали от Него ветхозаветные пророчества. Если даже ученики Христа были не в состоянии понять, каким образом их Учитель может пострадать от врагов, а не победить их, то что было ожидать от остальных людей. Иудейский народ надеялся, что в Иисусе он обрел долгожданного Мессию, Который освободит его от власти язычников-римлян и восстановит царство Давида. Пока иудеи питали эти надежды, они глубоко верили в Христа и защищали Его. Но после того, как Христос позволил врагам захватить, унизить и распять Себя, народ решил, что Иисус не Тот Мессия, Которого он ждал.
После распятия Иисуса Его ученики и последователи стали развивать новый взгляд на Христа, согласно которому смысл Его прихода в наш мир заключался не в уничтожении власти римских язычников и не в восстановлении царства Давида, а в спасении душ Своего народа, «погибших овец Израиля» для «Царствия Божия». Однако новая трактовка мессии явно отличалась от ветхозаветной и поэтому нелегко приживалась в иудейском обществе. Это обстоятельство заставило последователей Христа из образованной еврейской диаспоры перенести свою проповедь на язычников. В отличие от иудеев, у язычников не было проблем ни с библейской традицией, ни с теми требованиями, которые она предъявляла к мессии. Их не мучал вопрос о природе мессии и его роли в спасении еврейского народа. Чудеса, продемонстрированные Христом, и Его столь же невероятное воскресение были сами по себе достаточны, чтобы новообращенные язычники развили дальше идею учеников Иисуса, объявив Его сыном Бога, Который пострадал от врагов и умер за грехи всего человечества. Так образ «Сына Человеческого», Спасителя иудейского народа, Который должен восстановить царство Давида, сменился на представление о «Сыне Божием», Спасителе всех людей и народов, пострадавшего за грехи нашего мира. Тем самым, к ветхозаветному образу мессии добавился новозаветный взгляд на Спасителя. Вторая точка зрения, усвоенная бывшими язычниками, однозначно не соответствовала первой, которой традиционно придерживались иудеи.
Уже к середине I-го века в отношении к Христу в иудейском обществе произошел раскол. Большинство народа осталось на прежней, ветхозаветной точке зрения, согласно которой Иисус не мог быть мессией (христом), так как не осуществил того, что ожидали от «Сына Человеческого». В то же время меньшинство приняло новозаветный взгляд на Иисуса и стало энергично проповедовать его повсюду, где жили евреи. Эта полемика между иудеями приняла настолько острый характер, что римский император Клавдий, несмотря на свое расположение к евреям, решил выслать из Рима всех спорщиков, так как они создали в столице империи невыносимую атмосферу. «Деяния» свидетельствуют, что таких евреев-христиан было немало, многие тысячи, причем как в самой Иудее, так и в эллинистических странах (Деян. 5:14; 6:7; 9:31; 21:20). Именно они разнесли новое учение по всему древнему миру и стали основателями первых христианских общин.
В том факте, что большинство иудеев не признало Иисуса в качестве Мессии, апостолы видели волю Господа. Они считали, что Бог намеренно затрудняет им проповедь о Христе среди соплеменников только для того, чтобы они принесли христианскую идею всем народам мира.
От иудаизма Христа до христианства Павла 